Поджог, восстановление и три этажа в трёх стилях
Пожар 1950 года: как сгорел и возродился Кинкаку-дзи
Павильон на пруду пережил гражданскую войну, запустение и пять веков киотской погоды — а затем сгорел дотла за одну ночь в 1950 году. То, что стоит сегодня, — это восстановление 1955 года, и история о том, как он до этого дошёл, — лучшая причина его посетить.
Check dates and availability ↗Вилла для отдыха, одетая в золото
В 1397 году Асикага Ёсимицу, третий сёгун рода Асикага, приобрёл пришедшее в упадок поместье семьи Сайондзи в северных холмах Киото и начал строительство дворца Китаяма — резиденции, из которой он продолжал управлять страной, формально уже отойдя от дел. Его центром стал небольшой павильон на пруду с верхними этажами, покрытыми сусальным золотом, отражавший так называемую культуру Китаяма той эпохи: аристократическую изысканность, дзен-буддийскую строгость и континентальный китайский вкус, сведённые в единый продуманный баланс. Он никогда не задумывался как храм. Это было заявление о власти, замаскированное под место отдыха.
Как вилла стала храмом Рокуон-дзи
Когда Ёсимицу умер в 1408 году, дворец Китаяма утратил статус сёгунской резиденции и, по его собственному завещанию, был преобразован в дзен-буддийский храм под названием Рокуон-дзи, а великий мастер садового дизайна и монах Мусо Сосэки был удостоен чести стать его основателем-настоятелем. Это остаётся его официальным статусом и сегодня: дзен-буддийский храм школы Риндзай, управляемый как ветвь Сёкоку-дзи — крупного дзен-буддийского учреждения в другой части города, чьи монахи по-прежнему курируют храм. «Кинкаку-дзи» — Храм Золотого павильона — это название, которое использует весь мир, но в собственных документах храма Храм Оленьего сада, Рокуон-дзи, значится первым.
Он пережил войну, стёршую Киото с лица земли
Война Онин 1467–77 годов превратила большую часть Киото в пепел и разрушила значительную часть самого Рокуон-дзи, однако Золотой павильон уцелел — собственная история храма фиксирует, что павильон, Каменный зал Фудо и зал Гома избежали разрушения, пока здания вокруг них горели. Ещё почти пятьсот лет после этого павильон оставался одним из очень немногих сооружений города, которые застали Средневековье воочию, а не были восстановлены после него. Именно эта долговечность сделала события 1950 года настолько тяжёлым ударом для японского общества.
1950 год: пожар, потрясший Японию
В июле 1950 года молодой монах храма поджёг павильон, и деревянное здание, к тому моменту насчитывавшее более пяти с половиной веков, было полностью уничтожено. Этот поджог стал одним из самых обсуждаемых преступлений послевоенной Японии — не столько из-за самого факта, сколько из-за того, что он, казалось, говорил об одержимости и красоте: роман Юкио Мисимы 1956 года «Золотой Храм» переосмыслил внутренний мир поджигателя и навсегда закрепил это событие в мировой литературе. Посетители, знающие эту историю, смотрят на павильон иначе — не как на древность, а как на нечто однажды утраченное.
Восстановление 1955 года: копия или продолжение?
Павильон был восстановлен в 1955 году, точно следуя оригинальной структуре, и сусальное золото, и феникс на крыше, которые вы видите сегодня, относятся к этой реконструкции и её последующим обновлениям. Делает ли это его «подлинным» — вопрос, на который западная и японская традиции сохранения наследия отвечают по-разному. В Японии, где святилища и храмы всегда обновлялись — некоторые ритуально перестраивались с фиксированной периодичностью, — точная реконструкция на изначальном месте, выполненная мастерами по оригинальным методам, продолжает существование здания, а не заменяет его. ЮНЕСКО согласилась с этим подходом: Кинкаку-дзи был включён в список в 1994 году как часть «Исторических памятников древнего Киото».
Три этажа, три архитектуры
Истинную изощрённость павильона легко упустить за блеском: каждый этаж построен в своём стиле. Первый этаж следует стилю синдэн дворцовой архитектуры периода Хэйан — открытому, горизонтальному, аристократичному — и намеренно оставлен без позолоты. Второй этаж выполнен в стиле буккэ, характерном для самурайских резиденций, его внешние стены полностью покрыты сусальным золотом. Третий — зал в китайском дзен-буддийском стиле, позолоченный изнутри и снаружи и увенчанный золотым фениксом. Если читать снизу вверх, это социальная схема мира Ёсимицу: придворная знать, воинское сословие и дзен-буддийское трансцендентное начало, выстроенные по восходящей — причём именно верхние, «сёгунские» слои демонстративно покрыты золотом.
На что обратить внимание, стоя у пруда
Со знаменитой смотровой точки у пруда Кёко-ти сверьте три этажа с их стилями: простое дерево и открытая веранда первого этажа, закрытое ставнями золото среднего, храмовые окна верхнего. Понаблюдайте, как золото меняется, когда движутся облака, — плоское и графичное в пасмурном свете, словно расплавленное по краям в низком солнце. И уделите внимание самому отражению — второй жизни здания: архитекторы разместили павильон у самого края пруда именно для того, чтобы он удваивался в неподвижной воде, — эффект, который спокойствие девяти утра передаёт лучше любого другого часа.